vasyaindahouse

Зашел тут у меня недавно с приятелем очередной разговор на тему патриотизма, национализма и т.п. - в аське переписывались. Ясно, что большинство споров на такие темы ни к чему не ведут, и ни одна из сторон, как правило, своих убеждений в итоге не меняет. Приятель высказывался в патриотическом и националистическом духе. Я, как обычно, - наоборот. Никогда не был ни патриотом, ни, тем более, националистом или расистом каким-нибудь. Всегда считал подобные вещи проявлением недостаточного образования и дурного воспитания, а то и просто быдлячеством и тупостью. Около восьми лет назад, начав учиться в универе, был сильно удивлен, узнав, что среди так называемых правых есть и реально образованные люди - не только тупые боны-маргиналы. Тем не менее, моего отношения к их идеям эта новость не изменила.

Сейчас, впрочем, речь не об этом. Приятель в той переписке упоминал что-то о родине и патриотизме. И я сейчас задумался: что же я люблю, что ценю в России, в русской культуре, во всей этой среде, не будучи патриотом? (Не испытывая при этом и ненависти к своей стране). И довольно быстро пришел к ответу. Это две вещи. Во-первых, русский язык и русская речь. Во-вторых, наша природа, моя география.

С годами я все больше врубаюсь в крутость русского языка. (Ха-ха, отличная фраза для ценителя родной речи). Хорошо, скажу по-другому: он особенный. И со временем я все больше ценю красоту, звучность, выразительные возможности русского, имея при этом знания или хотя бы представления о других языках. Он действительно очень интересно и разнообразно звучит. В качестве образцов хорошего русского я беру, конечно, не уличный или канцелярский язык, а, в первую очередь, литературу - от Пушкина до Довлатова и от Маяковского до Набокова. При этом мне нравится и сленг, и мат, особенно в устах умелого пользователя. Я и сам достаточно активно пользуюсь и тем, и другим.

Что же касается природы и географии... Нет, о любви к "русским березкам" я здесь писать не буду. Просто леса, деревья, реки, холмы, тропинки, трава гораздо приятнее мне, чем города, асфальт, машины, бетонные дома и трубы. И после дней, проведенных в горах или степях (где тоже очень хорошо и интересно), в восприятии природа средней полосы становится особенно близкой. Наверное, это всего лишь привычка, но запахи, цвета, ощущения из памяти и подсознания уже никуда не денешь.

Что еще обычно входит в "патриотический набор"? Православие? В бога я никогда не верил, а насчет религии, включая православие, с годами лишь утверждаюсь во мнении о том, что это зло, вредное и опасное. Русский народ? Русских я не выделяю из прочих наций. Национальность для меня не имеет значения в суждении о человеке. В этом отношении, правда, есть проблема: почти весь мой круг общения с самого детства состоял из русских (ну, или, как минимум, славян). То есть не русских я толком и не знал. Но это никогда не мешало мне общаться с немцами, французами, армянами, осетинами или еще кем-нибудь. С нормальными адекватными людьми обычно хорошо, а мудаки - они и есть мудаки. Независимо от происхождения, цвета волос и кожи, формы носа или черепа и места проживания. Мудаков, кстати, в мире вообще больше, скорее всего.

В заключение напишу, что в своей жизни я толком не был за границей. Вне СНГ. (Неделя в курортном месте в Турции когда-то давно в детстве не в счет). Возможно, мое мнение изменится, если я проживу достаточно долго в Западной Европе или Юго-Восточной Азии, в Северной Америке или Австралии, и пойму, что для меня нет ничего лучше России. Или, наоборот, что Россия - это совсем пропащая страна, в которую возвращаться не надо. Однако пока что я думаю так, как думаю. Главное для меня - это язык и природа. Во всяком случае, первым делом в голову пришли мысли о них, когда я стал соображать, чтО же я люблю и ценю в этой стране.

Прошлой зимой, в конце января или в начале февраля в наш район приехала давняя подруга и соседка, которая последние полгода жила в Петербурге. Приехала домой на несколько дней по делам. Помню, пару из них мы дико кутили у нее в гостях с моим другом Никитосом. А потом она уехала обратно в Питер.

С тех пор прошло почти два года, и много чего случилось за это время. Никитоса не стало еще той весной. А примерно через год после его смерти Аня приехала снова, но теперь уже надолго. И как-то вечером мы с моей девушкой пришли к ней в гости. Был конец марта, и весна все еще боролась с зимой: дни и особенно ночи были холодными. Я тогда где-то потерял свои перчатки, а купить новые не удосуживался уже несколько дней. Руки мерзли, обветривались, я прятал их в карманы.

В гостях мы хорошо и душевно посидели, а когда уже собирались уходить, Аня принесла из прихожей пару мужских перчаток – добротных, правда, слегка прожженных сигаретой на одном пальце. Со стороны ладоней - кожаные, а с другой - шерстяные. «Тебе не нужны?». Оказалось, что их прошлой зимой забыл Никитос после наших пьянок. Перчатки были нужны, и я взял.

Я не любитель мистических гипотез и домыслов, но, по-моему, это очень прикольно – такой хороший и своевременный подгон от покойного друга. Прямо с неба! Просто мне нравится так воспринимать это. А перчатки эти ношу и сейчас – они напоминают о Никитосе, а еще греют мои руки. Ништяк!

Текста в посте снова не будет, зато будет видео, которое я увидел вчера и которое мне дико понравилось (как и песня, которая звучит в клипе). Прямо вот не могу его сюда не запостить. Свежак от Noize MC - пожалуй, самого моего любимого российского музыканта в последние 3 или 4 года.

Захотелось разбавить долгие массивы текста в этом журнале какими-нибудь видосами. Выложу немного из того, что понравилось или впечатлило в последнее время.

Например, открыл для себя недавно The Valkyrians - отличную финскую группу, исполняющую ранее регги, рокстеди, местами ска и все в таком роде. Скачал два их альбома. В одном - их собственные песни, в другом - каверы на песни известных панк-групп и не только (Buzzcocks, Blondie, Joy Division, Sham 69 и др.). Очень бодрый и приятный музон!


Вот еще очень позитивная песня. У меня только что был секс! =)


Опять скандинавы, только на этот раз рэпперы - группа Looptroop Rockers из Швеции. Нравятся мне уже давно, но именно этот клип впечатлил особенно. И песня отличная.


Офигенный панк-боевик от Beastie Boys (группы, которая более известная свом рэп-творчеством).


В продолжение темы панк-рока - кусок выступления легендарной питерской группы "Автоматические удовлетворители" в начале 90-х годов. Люблю слушать эту песню в чаду кутежа =) Сама песня начинается примерно в середине видео. Ее предваряют разглагольствования нетрезвого Андрея "Свина" Панова.


Ну и последнее - новое видео от моих обнинских друзей, отличных музыкантов и просто очень хороших ребят My Sister's Band (по-моему, это их третье название за последние пару-тройку лет). Несмотря на смену названий, позитив и профессионализм в их музыке остаются прежними.

(первая часть рассказа - в предыдущем посте http://vasyaindahouse.livejournal.com/21316.html )

Утром мы поехали в Коктебель. На Лиске было круто, но, на мой вкус, проводить там слишком много времени не стоит. Да и тусить всю неделю в одном месте мы не планировали, поэтому с утра искупались напоследок, собрали рюкзаки, вытряхнули из палатки песок и грязь, собрали ее и пошли на Пикадилли в кафешку завтракать  яичницей и чаем (как звучит-то, а? пошли завтракать на Пикадилли!). После Пикадилли – полчаса ходьбы по каменистому берегу и поселку Курортное, еще минут 20 в автобусе – и мы в Коктебеле, любимом южном месте Олега. Здесь мы планировали отдохнуть уже более цивилизованно и сняли комнатку в доме в частном секторе. Тут и кровати, и душ, и туалет с унитазом (хотя, это, пожалуй, куда менее романтично, чем море вместо душа и утреннее сидение орлом на скале с видом на синие волны)).
 
В общем, в Коктебеле мне меньше понравилось, хотя тоже было неплхо. Правда, дело еще в том, что я продолжал блюсти трезвость, а Олег начал прогулки по местности вином, а продолжил пивом, водкой и всем, что угодно. Поэтому мы с ним были на несколько разных волнах. Кроме того, именно на мне, как на трезвом, лежал контроль наших расходов – денег после оплаты двух ночей в комнате оставалось мало. К тому дню мы уже перешли на самые дешевые украинские сигареты, какие были в ларьках – «Прилуки» (гривен по шесть, что ли). Вполне ништяк сигареты, кстати. В первые дни поездки мы курили Kent 8. Еще в Коктебеле мы в последний раз за поездку поели в кафешке, и после этого я купил в магазине пачку макарон и банку куриной тушенки (она самая дешевая) – наш провиант на ближайшие дни. Опять же вспоминается, как мы угощали хиппарей чачей и стейком в шалмане на Пикадилли парой дне ранее. Хотя проблема денег нас не печалила. Нас, по-моему, вообще ничего не печалило в той поездке.
 
Коктебель – это самый настоящий туристический курорт. Небольшой поселок, эпицентр жизни которого находится на белокаменной набарежной, тянущейся на пару километров вдоль моря (или даже больше). Набережная вся занята всевозможными магазинчиками, кафешками, клубами, торговыми лотками и палатками, шашлычными, бильярдными, лавками с разливным вином и коньяком, фотографами с попугаями, змеями и обезьянками. Днем там просто многолюдно, а поздним вечером почти не протолкнуться. Суета, шум, перекрикивающие друг друга музыкальные проигрыватели из всех торговых точек. Впрочем, море, скалы, луна в небе и в воде – они все тут же. Правда, уже не чувствуешь их такими близкими и своими, как на Лиске. И все-таки стало немного грустно без этой близости.
 
Помимо прогулок по окрестностям, мы много сидели в саду у Славы – местного парня, старого знакомого Олега. У него большой дом, уютный сад, и он тоже сдает комнаты жильцам. Но почти все жильцы – либо его знакомые и приятели, либо знакомые знакомых, которых он вписывает по рекомендации. Поэтому обычно вся компания сидела в беседке вместе. А вся компания – это мужчины и женщины под сорок и много старше (за 50). Они попивали, я покуривал. Вечером первого дня ходили с мужиками играть в бильярд. А когда стало темно, я вообще отправился домой, уселся на террасе, и, попивая чай, стал читать Гиляровского. Олег говорил, что не узнает меня, и сильно обламывался от того, что я не поддерживаю его в выпивке. Но мне не хотелось совсем. Прямо вот никак.
 
Второй день в Коктебеле (четверг) прошел для меня так же спокойно – готовил еду, гулял, читал, купался (или уже даже не купался, не помню). В пятницу погода испортилась – все утро шел мелкий дождь. А мы собрали вещи и поехали в Феодосию, чтобы сесть там на автобус до Джанкоя. Путешествие заканчивалось. На вечер у нас были билеты до Москвы.
 
После того, как мы купили билеты на автобус из Феодосии, у нас осталось не больше 30 гривен. В ожидании автобуса мы сели в кафешке, взяли по пиву. Каждую сигарету мы теперь курили на двоих. Какие-то военные, сидевшие за соседним столом, уходя, оставили по нетронутому чебуреку на тарелках. Мы перекусили. Потом я вспомнил, что у меня есть нераспечатанная баночка кофе. Олег взял ее и ушел, а через 10 минут вернулся с пятнадцатью гривнами. Тут, после небольшой SMS-переписки с московской подругой, мы узнали, что она выслала нам по Western Union 500 рублей в Джанкой. Мы обрадовались, потратили все оставшиеся гривны и сели в автобус.
 
17.40, мы прибыли в Джанкой. Я оставил Олега на вокзале с вещами, а сам пошел искать банк. Обошел несколько кварталов, в которых находились все три джанкойских банка с вестернюнионом. Выяснил, что вообще все банки здесь закрываются не позже половины шестого… Значит, ближайшие полтора дня мы проведем на чае и печеньках, которых у нас осталось еще с полпакета.
 
Теперь нам остается несколько часов на вокзале и чуть меньше суток в поезде. Позади – скалы и вода, соль и солнце. Впереди - Москва, дом и осень.

(первая часть рассказа о концовке моего лета)

Все банки в этом городе уже закрылись, и перевод от подруги из Москвы, на который мы очень рассчитывали, получить невозможно. Денег нет ни копейки. Значит, ближайшие полтора дня мы проведем на чае и печеньках, которых у нас осталось еще с полпакета.
 
Но ничего страшного, переживем. Мы с Олегом в Джанкое, городке на севере Крыма. Времени сейчас – шесть вечера. У нас есть билеты на поезд до Москвы, который оправляется в 21.38. Нам предстоит несколько часов зависания на вокзале. Можно, конечно, и погулять, но у нас рюкзаки, палатка, спальники… Кто бы знал, что в этом городишке все банки закрываются самое позднее в половине шестого! Досадно еще оттого, что в автобусе, не котором мы приехали сюда из Феодосии, я забыл свою кофту, и других теплых вещей у меня нет, а вечера в сентябре здесь холодные, хоть это и юг. Впрочем, уныния я не чувствую, разве что легкую усталость.
 
Так заканчивается наше путешествие. А началось оно ровно неделю назад, в пятницу утром в уже остывающей Москве на Киевском вокзале, когда мы сели в поезд и поехали в Крым, чтобы провести несколько дней в Лисьей бухте и еще несколько – в Коктебеле. Чуть меньше суток в плацкартном вагоне – и мы в Джанкое. Я впервые в Украине. Затем – два с половиной часа в автобусе до Феодосии и еще некоторое время в такси до местечка Курортное (забавно вспомнить, что в начале поездки мы могли позволить себе даже такси – у каждого было по тысяче с лишним гривен). А от Курортного предстояло добираться до Лиски пешком.
 
Курортное… Солнце жарило уже вовсю. На небе ни облачка. Воды пока видно не было, но уже чувствовался морской воздух. А еще вокруг нас были горы – где голые, а где покрытые лесом – и бесконечные виноградники. Полный восторг! Впрочем, предстояло еще несколько километров пути, причем маршрут нам в точности не был известен. И вот мы пошли по пыльной проселочной дороге, которая постепенно поднималась вверх. Справа и слева - виноградники с большими бордовыми гроздьями. Виноградники скоро закончились, а дорога становилась все круче. На нас были рюкзаки, в руках я нес довольно увесистую палатку, а Олег – пятилитровую бутылку воды, поэтому скоро мы обливались потом и тяжело дышали. Людей вокруг не видно – лишь раз мы встретили спустившегося к нам откуда-то сверху охранника, поигрывавшего большим пистолетом в руке (травматическим вроде). Мы несколько напряглись, но, убедившись, что виноград мы не воруем, охранник указал нам направление, в котором надо идти к Лиске, и скрылся среди гор.
 
Шли мы, наверное, час, пока не увидели море. Еще несколько сотен метров – и мы пьем пиво, сидя на каменной гряде, о которую бьются морские волны. Добрались-таки к середине дня! После пива на камнях мы двинулись к пляжу ставить палатку. Мимо пляжных кафешек, из которых доносились звуки регги, мимо палаток, мимо местных тусовщиков и самых разнообразных персонажей – голых, одетых, девушек, парней, молодых, старых, длинноволосых, короткостриженных и вообще всяких.
 
Вообще-то Лиска – это место, еще чуть ли не с советского времени облюбованное хиппи, всевозможными неформалами и просто фриками, съезжающимися сюда с территории всего бывшего Союза. Кто-то приезжает на несколько дней или недель, а кто-то тусит здесь с начала мая до конца сентября или еще дольше. Впрочем, о персонажах позже – вскоре мы познакомились с кучей народа.
 
Поставив палатку, мы уселись на пляже пить водку. (Пляж на Лиске – это полоса шириной метров 10-15 между морем и горами). Собственно, тут и начались первые знакомства. Сначала к нам подошел молодой мужик с бородой и длинными темными волосами. С ним была его жена Юля и полугодовалый ребенок у нее на руках. Сам он представился Димой и спросил, можно ли ему с нами выпить. «Говно-вопрос!». И понеслась. Олег: «Мы по-любому должны выпить, стоя по пояс в море!». Сделали, сфоткались. Потом мимо прошел Доктор – бородатый чувак с имиджем Че Гевары. С ним я познакомился недели за три до Крыма в Подмосковье, я Яхроме. «Давай с нами!». Потом нам встретился лысоватый перенек с баллоном какого-то веселого газа в руках. Я не знал, что это такое, и никогда ничего подобного не пробовал, но, тем не менее, мы дышим бутаном и ржем. Водка кончилась (обе наши бутылки), и кто-то принес в поллитровых бутылках из-под Спрайта чачу – виноградный самогон. Вечеринка шла полным ходом.
 
Далее ход событий вспоминаются пунктирно. Вот мы идем большой компанией в Димин лагерь по Пикадилли – так здесь называют основную улицу с кафешками и торговыми лавочками. Абсолютно пьяный Олег пытается брать бутылки прямо с прилавка и совать себе за пазуху. Вот мы сидим среди олдовых хиппанов в Димином лагере под деревьями. Нас угощают чачей и ухой из пойманной в море рыбы. Вот я пытаюсь сыграть на гитаре, но получается плохо… Всё…
 
Наутро, проснувшись в палатке, мы затем искупались в море и отправились в кафешку завтракать. Встретили там вчерашнюю компанию. Нас шумно приветствовали и порадовали рассказами о вчерашнем вечере. Многое стало понятнее. Например, происхождение многочисленных царапин на наших руках – это мы знакомились с держидеревом, местным растением с острыми колючками, в которое мы, оказывается, чуть ли не падали. Между тем, чачу уже разлили по стаканам, и мы снова начали выпивать. Затем купили на наши деньги еды и водки и вновь пошли в лагерь в хиппанам под деревья. В общем, второй день также прошел в угаре и помнится смутно. К вечеру снова занесло в кафешки. Снова пиво, чача, безумные персонажи типа дредастого чувака с желтым чемоданом и бритоголовой оторвы Полины. Олег вырубил где-то коробок убойнейшей травы, который не кончался еще пару дней, хотя мы накуривали наших соседей и активно курили сами…
 
Смысла описывать третий день, пожалуй, нет, иначе я буду повторяться… Скажу только, что к вечеру я вырубился в палатке в полном коматозе. Время от времени я просыпался и блевал на песок, высунув голову наружу. В общем, больше я пить не хотел и не мог. К ночи я проснулся, услышав Олега, тусовавшего снаружи: «Вась, прикинь, кого я тут встретил!». Оказалось, мимо нашего лагеря шли Юна и Батон - моя бывшая девушка и ее новый парень – и еще какие-то ребята. И мы очень душевно и спокойно посидели у моря, покуривая ароматный ганджубас под неспешную беседу. Хотя, конечно, встреча с Юной – это немного вынос мозга!
 
На следующий день мы проснулись, как всегда рано – часов в шесть-семь. Как обычно, мы выползли из палатки, искупались, расстелили на песке пенку (пенки, кстати, здесь почему-то называют кариматами), уселись и стали втыкать в море, шумно накатывавшее волнами на берег. Было решено провести, наконец, день без выпивки. Мы дунули, посидели еще немного, а потом пошли под деревья к хиппанам (метров триста от нашего лагеря), прихватив с собой пачку макарон и банку тушенки: «Ребят, у нас есть макароны и тушенка. Давайте приготовим их у вас и вместе съедим». (Там, в небольшой рощице из мелких южных деревьев, у этих ребят был неплохо налажен походный быт: печка из камней, кастрюли-сковородки, самодельный умывальник из пластиковой бутылки, привешенной за веревку к ветке дерева кверху обрезанным дном, и все такое). «Не вопрос, парни. Вот печка, вот посуда, вот дрова, вот вода – готовьте». И я принялся за дело: развел костер, поставил на огонь казан с водой, сварил макароны, а потом перемешал их с холодной тушенкой, которая хорошо нагрелась от горячих макарон. Хоть я и впервые готовил такое блюдо, получилось вполне сносно, а также сытно и много: хватило и нам, и ребятам, и двум маленьких детям одного из хиппанов (на Лиску, кстати, очень многие берут своих детей). Потом мы с Олегом пошли в кафе пить чай (неужели это настоящий чай?! Чай! Без алкоголя!!).
 
После завтрака Олег пошел отдыхать в наш лагерь на пляж, а я снял шорты и трусы (обычно я носил на Лиске только их, даже без обуви обходился) и под припекающим солнцем пошел гулять по берегу вдоль скал и моря, среди волн которого впервые в жизни увидел выныривающих на мгновение из воды дельфинов. Я шел, осторожно ступая босыми ногами по камням, мимо крошечных домиков (их некоторые из здешних обитателей сами строят для себя из камней, которых здесь множество), мимо редких палаток. Мне говорили, что летом, в разгар сезона, народу здесь гораздо больше – палатки на пляже ставят аж в три ряда. Но сейчас, в сентябре, здесь не так… По пути мне встречались люди – кто-то рисует пейзажи на мольберте, кто-то пьет вино, кто-то делает какие-то упражнения (из йоги, по всей видимости), кто-то так же гуляет, кто-то сидит на камнях у моря и медитирует. Почти все, разумеется, голые.
 
Когда я вернулся к палатке, мы решили, что надо бы сделать сегодня чаю и еды самим, на своем очаге у своего лагеря (неплохая идея для середины четвертого дня пребывания, правда?). Для чая нужна была пресная вода, а для костра – дрова. И то, и другое тут можно найти только в горах, гораздо выше пляжа. И мы пошли. Ходили долго, и подниматься по горным тропам было местами трудновато, но все это было в удовольствие. Чего стоят одни только морские и горные виды! Собрали небольшую вязанку дров. Из родника наполнили водой пластиковую пятилитровку. Вернувшись к палатке, мы начали собирать из больших камней очаг. Собрали, потом с трудом на морском ветру развели костер, наполнили родниковой водой кастрюльку и поставили ее на огонь. Лапша, чай, апельсины, ганджа, общение с проходящими мимо девушками и парнями. Не помню уже, как закончился тот день, но все было очень правильно и спокойно. В восторге угара первых дней, в чаду кутежа мы как-то забыли, что радоваться можно и иначе. Хороший был день.

продолжение следует...

(начало истории - в предыдущем посте - http://vasyaindahouse.livejournal.com/20901.html)

Я старался не терять бодрости духа, но все же несколько приуныл после всей этой фигни. Снова пришли в голову вопросы типа: ну и ради чего я уехал из дома? Впрочем, я старался их гнать от себя. Как себя чувствовал Тимур, я не знаю, но, по-моему, у него тоже все в целом было хорошо (не считая адского недосыпа и разбитых щей). Вообще это важно – не вываливать друг на друга свое говно, когда вы вдвоем в дороге (какой бы дорогой она ни была – асфальтовой, жизненной или еще какой), иначе всякий смысл, любая цель и просто удовольствие потонут в этом говне. Поэтому, когда мне было плохо, я по мере сил старался держать это в себе. Или громко материться под гул проезжающих мимо фур для разрядки. Тимур вот вообще постоянно пел всякие песни (и, я уверен, поет их прямо сейчас).

Когда-то нам все же должна была улыбнуться удача. Под Кстово после встречи с уродами мы довольно быстро застопили просторный минивэн с молодой супружеской парой. Они пустили нас на удобные задние сиденья с подлокотниками, поставили в магнитоле рок («Вам, наверное, такая музыка больше нравится»), предложили откинуть кресла и поспать. Так мы и ехали с ними часа полтора-два до республики Чувашия. Под городом Ядрин они высадили нас у скопления придорожных кафешек и магазинов, где стояло много фур – «Здесь вы сможете договориться с кем-нибудь, чтобы вас довезли до Казани». Но первым делом мы пошли завтракать в столовую. Тимур взял себе сырники, чай, еще что-то, а ко мне аппетит так и не пришел, и я ограничился банкой «Рэд Булла» для бодрости. Потом пошли на трассу стопить. Очень долго никто не останавливался, да и с дальнобойщиками договориться не получилось. Говорят, в Чувашии вообще плохо с автостопом. Ну и плюс двоих парней всегда берут менее охотно, чем, например, одного, или парня с девушкой (не говоря уже об одинокой женщине-автостопщице на дороге).

Короче, спустя час зависания на трассе, мы опять (как и сутками ранее под Владимиром) застопили маршрутку, на этот раз – до Чебоксар. Снова за деньги. Доехали до развилки: налево – Чебоксары, направо – трасса на Казань. Снова зависли на пару часов под палящим солнцем. И все-таки не выдержали: я связался с родителями по мобильнику, и они, порывшись дома в интернете, сообщили, что от Чебоксар ходит множество автобусов до Казани. Потом мы узнали у местных, как добраться до чебоксарского автовокзала, доехали до него через город на троллейбусе, купили билеты до Казани (еще по триста рублей), и в два часа дня тронулись. Чебоксары, кстати, из окна троллейбуса показались мне довольно убогим городком (чебоксарцы, без обид! это только мое мнение, к тому же я не так много видел).

И вот – аллилуйа! – в начале шестого часа вечера мы вышли на татарскую землю в Казани. Нас встретил Дарик - друг детства Тимура. Грязный, потный, пыльный, вонючий, вообще-то в тот момент больше всего я мечтал о душе (носки, которые были на мне, я надел более 32-х часов назад и не снимал с тех пор ни разу). Но вскоре на «Сотворении мира» должны были выступать Gogol Bordello (основная причина для нашего посещения фестиваля), и мы, с теми же рюкзаками и спальниками, пошли на фестиваль к местному кремлю.

Пришли. У меня сил танцевать особо не было (кроме того, я был трезвый), зато Тимур отплясывал на ура. Хоть мы стояли довольно-таки далеко от сцены, нам все было отлично слышно, а большие экраны у боков сцены воспроизводили все пляски Евгения Гудзя и других участников группы. Immigrada! Immiganiada!!

Потом выступление группы на несколько минут прервалось, и на сцену вышел президент Медведев, чтобы произнести короткую речь. Произнес. Пока он был на сцене (плюс минут 10 до того и 10 после) в специально сооруженных у фестиваля палатках прекратили продавать пиво – «Медведев приехал!». Время от времени Дарик и Тимур здоровались со своими друзьями и приятелями и знакомили с ними меня. Как же хорошо! Наконец-то! Громкая веселая правильная музыка, движуха, новый для меня город и приятные и красивые новые люди. Настроение восстановилось окончательно, и мне стало хорошо. И даже не думалось о ней («маленькой язвочке на нёбе, которая зажила бы, если ее не трогать, но нет…»).

Когда Bordello отыграли и на сцену вышел Андрей Макаревич с «Оркестром креольского танго», мы с Тимуром, Дариком и огневласой девушкой Вильмой поехали в съемную квартиру Дарика на окраине города, где изначально и собирались остановиться. Проехали сначала несколько станций на метро, потом – несколько остановок на автобусе. Приехали, наконец. Минуты под душем стали настоящим катарсисом. Вообще-то изначально мы собирались скинуть вещи, помыться, немного отдохнуть и вечером снова ехать в центр, но все были уставшие, и мы просто купили много пива и остались дома. Чуть позже, когда уже начало темнеть, пришли еще ребята и девушки – и тоже все приятные, веселые и интересные. Меня удивило и порадовало то, что почти все были из разных городов: Кумертау, Киров, Йошкар-Ола, Москва, Кимры, Одинцово… Готовили веганскую еду (я наконец все-таки поел), говорили, выпивали… К ночи я напился пива, а потом расстелил в дальней комнате свой спальник и улегся спать. Так закончилась суббота. Впереди у меня было еще без малого два дня отдыха в Казани – обратно я планировал добраться на поезде (я еще дома заранее купил билет в сидячий вагон на вечер понедельника).

Утром половина народу разъехалась, и остались только Тимур, Дарик, Вильма, ее парень Марк и я. Чуть позже встретились с Артуром (или Туриком, как его все называли) – с ним Дарик вскладчину снимает квартиру. Мы не спеша проснулись, позавтракали, выпили чаю, посмотрели ТВ (у Дарика почти всегда был включен канал A1 с клипами), по очереди помылись и вышли гулять. Доехали на автобусе до центра. Казань – отличный город! Там красиво, много деревьев, приятных обустроенных скверов и парков. И вообще вся атмосфера… При этом, правда, очень много строек и снесенных зданий в центре, на месте которых возводят всевозможные офисные центры, элитное жилье и т.п. (или еще что-то, не знаю – во всяком случае, в привычной мне Москве старинные здания в центре сносят именно для этого). Да и прохожие на улицах мне нравились, в основном. Немало колоритных персонажей типа мусульманских женщин в хиджабах и мужчин с длинными бородами и в тюбетейках. Кстати, почти все вывески на двух языках – русском и татарском (который сильно напомнил мне казахский). Всю дорогу мы пили пиво (всевозможное – от популярных и доступных в Москве сортов до, например, живого нефильтрованного из Марий Эл), сидели в скверах, болтали. Потом на каком-то пустыре мы нарвали дикой конопли, и хотели сварить вечером молоко из нее. В общем, все было отлично! (А молоко что-то не поперло, да и черт с ним).

Ближе к ночи мы всей компанией снова вписались к Дарику и Артуру, посидели немного и легли спать. Я вроде как вырубился первым и полночи донимал соседей по комнате адским храпом – это уже они сами мне рассказывали. Потом наступил понедельник, начавшийся с долгого залипания дома (душ, чай, завтрак – как обычно), продолжившийся новыми прогулками по городу, и закончившийся для меня поездом в Москву. Ребята проводили меня до вокзала, и в половине шестого вечера мой поезд тронулся.

…
Стучат колеса, шумит ветер. За окном проносятся пейзажи русской средней полосы – зеленые леса, поля, холмы и огромная река Волга. Я сижу в кресле сидячего вагона поезда №97 «Казань-Москва» (отправление в 17.31, прибытие в 6.11). Пиво кончилось (где бы купить еще пару банок?). 4-дневное путешествие подходит к концу. Я еду домой. Мне хорошо и легко. Я знаю, что ушедшая любовь накроет меня еще не раз. Я знаю, что мне не раз еще будет плохо и тяжело, что меня будут тяготить воспоминания и душить гнев. Но также я знаю, что именно сейчас мне хорошо - ехать летним вечером на поезде домой среди лесов, полей, холмов и рек.

(предисловие: в конце прошлого месяца автостопом съездил в Казань. решил написать об этом что-то типа рассказа. в этом посте - его первая часть).

- Бля… бля… твою мать… бля… - я бормотал, с трудом разлепляя веки. Я встал по будильнику в половине шестого утра. Поспать удалось меньше пяти часов. С похмелья меня тошнило.

Я доковылял до душа, помылся, затем выпил стакан сока, оделся, взял собранный с вечера рюкзак, спальный мешок и вышел на улицу. Дошел до станции и в шесть часов сел в электричку, которая сквозь пока еще не нагревшееся июньское утро понесла мое тело к Белорусскому вокзалу (полчаса езды). В сознании всплыли некоторые подробности вчерашнего вечера. Небольшая попойка в скверике на московской окраине. Пиво и дешевый портвейн. Встреча с ней. Моя грубость и мой психоз, который в последнее время сопровождал меня почти постоянно. Затем плюшки гашиша на двоих с приятелем у него дома. Затем прогулка по микрорайону с пивом. Опьянение, безумие, смятение… А теперь - тоска, похмелье и тошнота.

Вот и Белорусский вокзал. Вышел из электрички, спустился в метро. Там встретился с Тимуром, и мы отправились к станции «Шоссе энтузиастов» - поближе к трассе М7, ведущей на восток от Москвы. Была пятница, и мы собирались ехать автостопом в Казань (800 км) – на рок-фестиваль «Сотворение мира» и просто потусить с тимуровскими друзьями. Сессия в университете была уже сдана, и заняться было особо нечем. Поэтому в последние недели я принимал все предложения и приглашения – чего-то выпить, внюхать, погулять, поехать куда-то. Соглашался на любые авантюры, лишь бы отвлечься, лишь бы поменьше бывать дома, где почти всё напоминало мне о ней. Вот и теперь я рассчитывал как-то развеяться в дороге. Да и вообще мне нравился автостоп, и в Казани я раньше не был.

У метро «Шоссе энтузиастов» мы сели в маршрутку и выехали за пределы московской кольцевой, вышли в районе Балашихи, где планировали начать стопить. Правда, вдоль шоссе тянулась автомобильная пробка в несколько километров, и для начала мы просто пошли пешком вдоль нее. Шли долго. Наконец, в том месте, где затор кончался, мы застопили «Ладу Приору», водитель которой согласился довезти нас до Лакинска – километров на 100 с чем-то. В салоне было еще двое мужиков, и все молчали всю дорогу. Как выяснилось в конце поездки, водитель по дороге в Лакинск просто подсадил к себе попутчиков, причем за деньги. Впрочем, в отношении нас никаких финансовых вопросов не поднималось, и, приехав, мы просто вышли и пошли дальше. В Лакинске (это от слова luck, подумали мы, - значит, нам должно повезти) мы поймали еще какую-то машину, которая довезла нас до объездной трассы города Владимира. Мы прошли несколько километров пешком и стали стопить у автозаправки. К ней часто подъезжали фуры, у которых вилась худенькая проститутка в белом платьице. Пару раз кто-то впускал ее в кабину. А мы стояли и ловили на жаре машину.

Стояли долго. Было уже обеденное время – что-то около двух. Впрочем, есть мне не хотелось, хоть я и не ел ничего с самого утра. Так что я просто пил минералку и иногда курил сигареты. Похмельная тошнота вроде бы ушла.

После часа или полутора часов ожидания возле нас затормозила маршрутка, державшая курс на Нижний Новгород. Мы сели и поехали. В пути я дремал, видел сны и просто смутные видения в полудреме, а иногда просыпался и смотрел в окно на среднерусские пейзажи. В магнитоле маршрутки нон-стопом звучали хиты русской блатной песни.

В пять вечера мы были в Нижнем у железнодорожного вокзала. Выходя из маршрутки Тимур спросил у водителя, должны ли мы ему что-то (ну зачем?! зачем?!), хотя изначально речи о деньгах не шло. Тот потребовал по 300 рублей с каждого. Я подавил раздражение и досаду и заплатил. Черт с ним. В Нижнем мы решили погулять вечерок, а ближе к ночи ехать в Казань либо на машине с друзьями нижегородской интернет-подруги Тимура, с которой он связался по мобильному, либо на автобусе или поезде, если таковые обнаружатся. Либо вообще остаться на ночь у моей знакомой. Скажу сразу, что все эти варианты по разным причинам обломались, и ближе к ночи мы просто снова пошли на трассу. Но до этого несколько часов погуляли по городу.

В центре Нижнего Новгорода очень красиво! Мы прошли по набережной, перешли через Оку по огромному длинному высокому мосту, поднялись на верхний берег, с которого открываются невероятные панорамы. Дошли до пешеходной улицы Покровки. Везде гуляло множество людей. На маленькой эстраде настраивался оркестр. Все было очень по-летнему и здорово. Мне сильно хотелось наконец присесть где-нибудь, выпить холодного пива и поесть супу. Если честно, я немного подустал. Мы зашли в полуподвальное заведение. Тимур взял кружку морса и порцию драников, а я – пива и солянки. И тут (а может быть, чуть раньше), ко мне вернулась моя тоска. Не помню, было ли мне когда-нибудь еще так плохо на душе. Я почувствовал себя невероятно одиноким. Почему-то я начал злиться и раздражаться на Тимура. Я постоянно вспоминал о ней. Я терзал себя вопросами. Кто я? Где я? Куда, к кому и зачем я еду? К горлу подкатил комок и мне захотелось плакать. Я не выдержал и написал ей эсэмэску, описал свои чувства. Ответа не было. Съев несколько ложек супу, я почувствовал омерзение и доедать его не стал, а вместо этого заказал еще кружку пива. И мне вроде бы стало полегче. Я извинился перед Тимуром за то, что сижу с таким мрачным лицом – типа накатило, бывает. Я задумался – что такое? В чем дело? Ведь я всегда хотел так жить: лето, путешествие, свобода, солнце, красивый город, впереди трасса и приключения. Чтобы от всего этого захватывало дух, как в книжках Керуака. Но вот я сижу: летом, в дороге, свободный, в красивом незнакомом городе и при этом мне так плохо, что пиздец. Наверное, все из-за нее. И трудно найти спокойствие и мир в своей душе, когда из нее с мясом вырван огромный кусок. И нескоро заживет эта рана.

После кафе мы решили еще немного прогуляться по городу и ехать на трассу – попробовать стопить ночью. Сначала мы долго расспрашивали прохожих, как добраться до нужного нам места. Затем я зашел в магазин, чтобы купить еще воды в дорогу и маленькую бутылку дешевого коньяку, чтобы греться, если ночь будет холодной. А потом, проехав на автобусе несколько остановок, мы, наконец, оказались в нужном нам месте на окраине Нижнего Новгорода. За город на несколько километров нас вывез бомбила – отдали ему сотку. По дороге из окна его «Волги» видели пару автостопщиков – парня и девушку. Бомбила высадил нас у освещенного места с придорожными магазинами. Был уже двенадцатый час вечера, темно. Поэтому такая позиция могла бы быть очень неплохой для ночного автостопа. Стало прохладно, и мы оделись потеплее – длинные штаны и кофты с капюшонами вместо футболок и шорт, которые носили днем.

На той позиции мы простояли не больше десяти минут – остановилась легковушка с молодым парнем за рулем, а также теми самыми двумя автостопщиками, которых мы недавно видели из окна. Тот парень провез нас всего несколько километров – до развилки, на которой налево трасса идет дальше на Чебоксары и Казань, а направо – на маленький городок Кстово. Сам он держал путь в Кстово, а ребята-стопщики – как и мы, в Казань, на рок-фест. Так мы и вышли вчетвером на этой развилке под фонарем. Последним фонарем, так как других поблизости не было видно, и трасса уходила вдаль темной лентой, лишь время от времени освещаясь фарами проезжающих мимо фур, грузовичков и легковушек. Было ясно, что стопить вчетвером бессмысленно – никто не возьмет к себе ночью на трассе четырех человек. Поэтому мы решили разделиться. Ребята остались на развилке под фонарем, а мы с Тимуром пошли вперед, в темноту, надеясь на то, что эта темнота ненадолго, и что скоро ряд придорожных фонарей возобновится. Глупая надежда, конечно. В тот момент мы совершили стратегическую ошибку. Могли бы ведь подождать, пока ребят кто-нибудь подберет, а потом вместо них занять освещенное место. Но это уже неважно. Важно то, что в темноте застопить машину практически невозможно – водители просто не успевают рассмотреть стопщика в свете своих фар, которые выхватывают предметы из темноты лишь на несколько секунд. И вот мы, значит, пошли в темноту.

Мы снова шли, шли, шли. Впереди виднелось большое скопление огней, причем на населенный пункт это похоже не было. Впоследствии выяснилось, что это огни большого нефтеперерабатывающего завода. Позади нас, на западе, солнце уже село, но все еще подсвечивало небо снизу. Сверху оно было уже почти черным, а внизу – еще синим. Нас окружали леса чуть вдалеке и поля, на которые постепенно спускался низкий ночной туман. Вскоре в небе рыжеватым сырным куском зависла половинка луны. Вокруг – ни души. Только машины время от времени проносились мимо нас. Потом среди этой глуши мы обнаружили у трассы небольшую асфальтовую площадку. Наверное, это была автобусная остановка. На ней мы бросили наши рюкзаки, уселись на спальники и за душевной ночной беседой принялись за коньяк, закусывая его холодными вареными картофелинами и адыгейским сыром, которые Тимур взял с собой в дорогу. Через некоторое время коньяк кончился и мы начали мерзнуть. Тогда Тимур сходил к каким-то кустарникам у дороги, наломал веток и соорудил небольшой костерок. Так мы и сидели еще час или два, время от времени отлучаясь по очереди за новой порцией дров. Мы хотели дождаться рассвета – в июне он начинается рано, обычно уже в четвертом часу – чтобы нас снова было видно и мы могли начать стопить.

Дождались. По очереди стали подходить к трассе и голосовать. Неожиданно остановился грузовичок «Зил», Тимур перекинулся парой слов с водителем, махнул мне рукой, я схватил вещи и побежал к кабине. Тот грузовик провез нас километров 20-25 и высадил у очередной придорожной кафешки. К тому моменту я не спал уже почти сутки (а Тимур и того больше), и мы не то, чтобы валились с ног, но весьма конкретно залипали. Так что мы решили зайти в это заведение и выпить кофе. В половине пятого утра хозяйка кафе сама спала на стульях. Мы разбудили ее, взяли по стаканчику растворимого и выпили его, закусывая шоколадкой. А потом пошли на трассу.

Автостоп опять шел неважно. Один раз, правда, возле нас чуть не остановилась вишневая «Нива» с четырьмя или пятью красномордыми веселыми и явно пьяными гопниками, но тут же поехала дальше – вдвоем нам бы в ней точно не хватило места. Я стоял у трассы, подняв правую руку. Тимур ушел стопить чуть поодаль, потом еще дальше – метров на 150 от меня. Через несколько минут я оглянулся на него – как там его успехи? Увидел, что та самая «Нива», двигаясь уже в обратную сторону, притормозила у обочины напротив Тима, и какой-то парень из машины подошел к нему. Еще через минуту я увидел, что вокруг Тимура собралась вся компания, и двинулся в их сторону. Разговоров я не слышал, потому что был далеко, но суть примерно понял в тот момент, когда увидел, что кто-то из них начал бить Тимура кулаком. Я поспешил к ним. От компании мне навстречу отделился один из гопников и начал что-то мне говорить. Мы немного потолкались в плечи, а потом в нашу сторону двинулись и остальные, включая Тимура – уже с разбитым окровавленным лицом. Я начал кричать ему, чтобы скорее шел ко мне и мы сваливали отсюда, но он почему-то не торопился. Потом были какие-то бессмысленные терки с этими гопниками («Ну вы понимаете, ёбты, гульнули, нах, вон наш кореш из зоны откинулся, а тут ты со своими дредами, мы тебя вообще за бабу сначала приняли» и прочая херня), потом один из них сказал Тимуру: «Извини, что разбил тебе бровь», и в итоге мы все-таки ушли от них, а они куда-то уехали на своей «Ниве». А мы вернулись к кафешке, Тимур умыл окровавленное лицо – оказалось, что ничего серьезного, только ссадины на лбу и под глазом плюс разбитая бровь. И снова пошли на трассу. Уставшие, грязные, потрепанные. До Казани нам оставалось чуть меньше, чем полпути.

продолжение следует...

В последнее время часто приходит на ум запомнившаяся мне цитата из "Заповедника" Довлатова. Сейчас даже специально нашел ее: "В разговоре с женщиной есть один болезненный момент. Ты приводишь факты, доводы, аргументы. Ты взываешь к логике и здравому смыслу. И неожиданно обнаруживаешь, что ей противен сам звук твоего голоса..."

Люблю иногда хорошенько выпить в одиночестве. В последнее время я вообще не много бухаю - даже в компании. Ибо провожу бОльшую часть свободного времени с любимой, чье присутствие пьянит само по себе, и алкоголь уже не требуется. Ну и плюс часто отдаю предпочтение средствам растительного происхождения. Но иногда - раз в месяц-полтора, наверное - случается выпить одному. Иногда в кафешке, но чаще на улице у какой-нибудь лавочки или под навесом. Еще на балконе люблю. Можно выпить бутылки три пива. Иногда беру шкалик водки или коньяка. Выпиваю... и думаю.

Довольно скоро голову заполняют разнообразные мысли. Вдохновение. Вереницей друг за другом следуют воспоминания, догадки, идеи (часто творческие). Не уверен, что это нормально и здорОво, но тем не менее. Такие моменты - время откровенностей и признаний друзьям и знакомым по SMS и прочих глупостей.

Как будто алкоголь открывает какую-то дверь в мозгу. Подозреваю, что это указывает на мою закрепощенность и недостаток внутренней свободы естественного характера. Но это так. И мне это даже нравится. Кстати, по моему мнению, истинное предназначение большинства наркотиков - от алкоголя и ганджи до спидов и ЛСД (несмотря на то, что все это ОЧЕНЬ разные вещи) - не изменение сознания и открытие новых реальностей (их там не найдешь), а скорее размывание некоторых "перегородок" в голове, формирование новых связей в мышлении, открытие НОВОГО СПОСОБА восприятия на основе уже существующих знаний и опыта. Попытка взглянуть на мир по-иному. Ну и иногда, конечно, бывает в кайф просто убиться)) Но искать в наркотиках новые знания бессмысленно. Давно обдумывал эту мысль, и только сейчас сформулировал ее письменно.

А все почему? Почему я это пишу? Да потому что сейчас я сижу дома и пью третье пиво в одно рыло. Вот и разговорился))

PS. Некоторые считают, что в одиночестве пьют только конченные алкаши. Так вот, это - всего лишь стереотип и не стопроцентная правда.

В конце 2010-го москвич живет в мире холода, гололеда, тумана, насилия, безумия и страха. Это, конечно, если судить по новостям и блогам. Кавказцы убивают на улицах русских ребят. Русские ребята тысячами выходят на центральные улицы столицы, готовые линчевать каждого смуглого прохожего. Те, кто пытается противостоять аду (или претендует на это), подвергаются преследованиям судебным преследованиям и всяческим репрессиям (я не про Ходорковского сейчас). ОМОН, да и вообще все мусора, лютуют – вяжут и бьют всех поряд. Картину дополняют погодные условия: в последние дни весь город – от дорог и домов до каждой веточки каждого дерева – покрылся льдом, и теперь люди падают, ушибаются и ломают конечности. Падают деревья, мнут при этом автомобили, а еще нет электричества. И самолеты не могут вылететь из аэропортов – люди проводят десятки часов в ожидании своего рейса. Неспокойно не только в Москве, но и в мире. В соседней Белоруссии тотально охуевает президент, только что начавший очередной срок своего властвования (не помню уже какой… четвертый, пятый?), и начинает этот срок с репрессий. Южная и Северная Корея на пороге войны. Какой-то чувак на своем сайте представил общественности засекреченные правительственные документы, которые вроде как проливают свет на какие-то важные элементы действительности, и его тоже судят. А главный российский врач Геннадий Онищенко на днях вообще посоветовал москвичам через СМИ не только не выходить на улицу, но даже воздержаться от походов в гости! Всем сидеть дома и бояться!

В мире средств массовой информации есть такая вещь, как формирование повестки дня. О ней нам и на журфаке рассказывали, да и самому до этой темы допереть несложно. Речь о том, что власти через СМИ регулярно навязывают общественности определенные пункты внимания в новостях и самостоятельно расставляют акценты. Точнее даже было бы сказать иначе: при помощи СМИ мы получаем ту картину действительности, которую кому-то выгодно нам навязать. При помощи этого приема (или этих технологий – не знаю, как будет правильнее), общественность формирует свое восприятие, свое отношение к происходящему. Вот, например, пять заголовков из верхней части страницы yandex.ru («Сегодня в новостях», 28.12.2010, 1:40):

1. British Airways обвиняет "Домодедово" в срыве своих рейсов
2. Суд объявил перерыв до вторника в оглашении приговора Ходорковскому
3. Белорусский суд отказался досрочно освободить 9 россиян
4. Медведев требует от милиции не церемониться при пресечении беспорядков
5. Полсотни животных погибли при пожаре в петербургском цирке

Не знаю, как у других посетителей главной страницы «Яндекса», но у меня реакция всегда одна: «Ну что же за мрак и пиздец опять…». Я вообще не могу понять, почему меня стало тянуть на эти темы. Почему я стал интересоваться этими новостями. Прочитав их в Интернете или посмотрев выпуск по телевизору, я неизменно ощущаю, будто окунулся в дерьмо. Закрыл браузер, выключил телик – и обтекаю. Скорее всего, это нездоровое влечение, но меня все равно тянет. Я напрягаюсь из-за всего этого. Что еще хуже – часто я чувствую тревогу. А если бы не читал новости, то не чувствовал бы. Может, ну их вообще?

Но как-то все стало восприниматься близко к сердцу. Вот, например, убийство фаната «Спартака» и демонстрации в Москве – на Манежке и у «Европейского». Понятно ведь, что проблема взаимоотношений национальностей в России – это больной вопрос в наше время. Что в связи с ним пролито немало крови. И вот кто-то (действующая власть?) берет и специально нагнетает эту тему! Выжимает почти до предела, вызывая насилие и триумф тупости! Молодежь приходит на все эти мероприятия, даже не пытаясь хоть немного напрячь мозг, подумать.

Вообще-то хотел обстоятельный пост написать про разные вещи, но не могу больше. Мне мерзко! Просто захотелось выговориться на темы, которые меня почему-то (почему?!) волнуют. Хотел сделать выводы, написать что-то еще о своих мыслях. Но к черту инет-пиздобольство, всяких болтунов и так хватает. На победу здравого смысла надежд мало. Но вроде полегчало) На демонстрации не ходил и не представляю, что меня может заставить туда пойти. Повестка дня?

PS. Я за дружбу, любовь, взаимопонимание и здоровый мозг!

Внимательно слежу за новостями. Переживаю. Хотел сначала много чего написать, но решил запостить тут лишь одну из ключевых мыслей: почему бы всем этим злобным парням - и русским, и нерусским - не собраться где-нибудь за МКАДом на большом поле без всякого ОМОНа и не переебошить друг друга на хер? Без них было бы гораздо лучше.

Очень люблю такую музыку и клипы в таком духе. Написать пока все равно как-то нечего, так что пусть будет видос.



Заметил за собой такую тему, кстати: летом слушал в основном относительно легкую музыку, типа регги, фанка, рэпчика и рок-н-ролла 60-х, а вот в унылый осенний сезон хочется потяжелее, пожестче и погрязнее.

(текст написал в августе, но он не был нигде опубликован, потому что я не нашел вовремя фотографии к нему)

Я падаю с 30-метрового моста. Навстречу мне несутся деревья, река и земля. Дыхание перехватывает. В глазах сверкают маленькие искорки. Мне страшно и весело. Несколько секунд свободного падения – и меня подхватывает система альпинистских канатов, один из которых прицеплен карабином к креплениям, надетым на меня. После этого я просто раскачиваюсь на веревках под мостом. Я выбрасываю «медузу» - маленький парашютик, закрепленный на поясе, амплитуда постепенно сокращается, и через пару минут меня подтягивают к берегу и освобождают от тесных креплений. В коленях - дрожь, в голове – восторг.

Всему этому предшествовали дорога в электричке от Рижского вокзала, 20-минутный пеший путь от станции до моста, запись в список прыгающих и несколько часов ожидания. Я нахожусь в подмосковном Манихино, где сегодня команда роуп-джамперов WS RopeJump проводит очередные прыжки (или «прыги», как они сами это называют). Смог от лесных пожаров здесь почти такой же густой, как в Москве, но это не повод для отмены мероприятия. Сегодня прыгают с железнодорожного моста над рекой. Высота – что-то около 30 метров. Между опорами моста, перилами, под мостом натянут сложная система альпинистских веревок и снаряжения. Она устроена таким образом, что на подлете к земле или воде человека подхватывает амортизирующая система, которая переводит траекторию его движения из свободного падения в маятник.

В этот день прыгнуть могут все желающие (хотя чаще нужно записываться заранее, связываясь с организаторами по телефону или аське). Для прыжка необходимо приехать на место, внести себя в список (довольно большой, кстати, - я был в нем под 47-м номером, а за мной следовало еще человек десять) и заплатить непосредственно перед прыжком 600 рублей. Есть и другие требования. В частности, прыгающий должен быть старше 18-ти лет (рядом со своим ФИО в списке необходимо поставить дату рождения, впрочем, я не видел, чтобы у кого-то требовали показать документы). Кроме того, он должен быть трезвым – находиться на объекте или рядом с ним в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, а тем более употреблять что-либо - категорически запрещено. Это одно из важнейших требований техники безопасности. Роуп-джампинг – экстремальное занятие, и если верить материалам из интернета, рассказывающим о смертях во время прыжков, в большом количестве случаев летальный исход предопределило именно пьянство. А еще невнимательность и небрежность в расчетах (например, в расчете длины веревки, на которой прыгает роуп-джампер).

Впрочем, на берегу Истры, где собрались роуп-джамперы, нарушителей не видно. Народ курит сигареты, болтает, купается в реке, прыгает в воду с тарзанки, подвешенной к дереву. Опытные прыгуны дают советы тем, кто собирается прыгнуть впервые. Народ делится впечатлениями и планами. У многих в руках фотокамеры – организаторы всячески поддерживают фото- и видеосъемку прыжков. Собралась, кстати, преимущественно молодежь. В списке прыгающих рядом с фамилиями стоят годы рождения – в основном это восьмидесятые и начало девяностых. Большинство – парни, но немало и девушек. Время от времени окрестности оглашаются громкими воплями прыгающих. Иногда по мосту с грохотом проезжают поезда. Одного за другим вызывают людей из списка – пора подниматься на мост. Прыгают в среднем раз в 10 минут. Кто-то прыгает сразу после инструктажа, кто-то стоит над рекой по несколько минут, не решаясь отпустить руки от поручней и сделать шаг вперед. Некоторые вообще отказываются от прыжка, не выдержав напряжения и страха высоты. А другие, прыгнув первый раз, снова подбегают к организаторам, платят еще и прыгают снова и снова.

В шестом часу вечера (прошло почти пять часов с моего приезда) организаторы наконец громко называют мое имя. Я подхожу с шестьюстами рублями, оплачиваю прыжок, после чего на меня надевают крепление. Можно идти наверх. Я поднимаюсь. Сверху высота оценивается несколько иначе, чем снизу, и мандраж усиливается. Впрочем, страха вроде нет. Мне дают последние инструкции. Через петли в креплении продевают еще какие-то веревки. Наконец к карабину пристегивают основную веревку, я перелезаю через ограждение моста, становлюсь ногами на его металлические прутья-перекладины, руками хватаюсь за перилу. Прошу дать команду. “Ready. Set. Go!”. Я отпускаю перилу и отталкиваюсь ногами. Навстречу мне несутся деревья, река и земля. Дыхание перехватывает, в глазах сверкают маленькие искорки…

Амплитуда сокращается, и я смеюсь от радости.

Ночью мне приснился сон, будто почти всю мою жизнь в последние месяцы снимали на замаскированные видеокамеры - без моего ведома, разумеется. И на улице, и в помещениях - везде. А потом самые дурацкие, нелепые и стыдные кадры показали в прайм-тайм по телику в документальном фильме про уебскую современную молодежь (по НТВ вроде). Чертовски неприятный сон.

Пока тусил с граффитчиками, собирая материал для статьи, наснимал немало материала еще и для видео. На днях смонтировал, получилось вот так:



Если посмотрите, то отпишите, пожалуйста, о впечатлениях. Мне важна критика, ибо хочется знать о недостатках, чтобы развивать навыки монтажа. Ну и о достоинствах, если они есть, пару слов можно =)

Наконец-то я это сделал! Съездили вчера с Юной из дымного Одинцово в не менее дымное Манихино попрыгать с моста.

Не буду детально описывать все ощущения и восторг. Не хочу писать общих слов про биение жизни и все такое (хотя иначе, похоже, и не опишешь). Скажу только, что было очень здорово, особенно первые секунды, когда ты находишься в свободном падении, и река, земля и деревья несутся навстречу. Страшно и весело! А в самом конце я просто смеялся от радости.

Написал статью. В рамках летней практики и вообще по угару. Я доволен, по-моему, хорошо получилось.

Василий Кондрашов Про лис, собак, куски и трафик

Граффитчики, рисующие на поездах

«Собаки» - так называют электрички, «лисы» - те, кто обходит железнодорожные пути, «кусок» - это фрагмент рисунка, выполненный одним райтером, «поймать трафик», значит, увидеть свои куски на движущемся составе и успеть сделать их фото. Ах да, «райтеры» - это художники, пишущие на стенах домов, бортах проездов – осквернители улиц, вандалы, граффитчики. Подробнее

Сегодня прислали в аське такое сообщение. Прикол типа:

"на Антиохийском соборе восемьдесят семь собравшихся прелатов предали анафеме Афанасия Великого. В свою очередь Афанасий предал анафеме осудивших его прелатов. Затем Афанасий был дважды отлучен от церкви тридцать седьмым папой Либерием. И папа Либерий и Афанасий Великий впоследствии были причислены к лику святых".

Реально хохотал, пока читал. Потом из любопытства ввел первые слова из заметки в Гугле. Выяснил, что это было в 341 году нашей эры. Короче, духовенство жжет с очень давних времен)). Плохо только, что часто их мероприятия скорее страшные, чем смешные.

Странно, но я никогда не выкладывал в инет свои музыкальные экзерсисы (хотя некоторые из них мне до сих пор нравятся). Возможно, это стоит исправить. Так что вот три этюда моего сочинения, чисто для прикола. Первые два написал лет в 17, третий - в этом году. Записано все весной 2010-го.

Обнинск-сити


Рюкзак


Monkey Beat